Человек — слушатель Бога

ОТ РЕДАКЦИИ. Наш собеседник — епископ Нестор (Доненко), человек энциклопедических знаний и глубоких философских воззрений, автор книг и исследований, посвящённых новомученикам и исповедникам, пострадавшим за веру при советской власти.
Владыка известен в первую очередь как настоятель храма Покрова Пресвятой Богородицы в Ореанде, где он служит без малого 30 лет. Услышать его наставления и проповеди стекаются сотни прихожан, которые живут от Окинавы до Асунсьона. Границы своего прихода не может очертить даже сам настоятель. За эти годы кто только не побывал в этом чудесном месте, для многих оно стало тем магнитом, к которому стремится сердце при любых невзгодах и перипетиях судьбы. Здесь принимают всех. С любовью и радостью.
Беседовать с владыкой — ни с чем не сравнимое удовольствие. Вопросы к нему никогда не заканчиваются. В нашем сегодняшнем материале предлагаем читателям погрузиться в стихию его нетривиальных размышлений о мире, о Церкви, об анатомии греха и тайнах Божественной любви.

Решение должно завершаться решимостью совершить поступок, потому что только действие не нуждается в алиби. Когда человек действует, он качественно иной, он находится в особом измерении.

Преподобный Серафим Саровский говорил, что грешник в аду отличается от праведника в раю именно этим качеством — решимостью. Есть хорошие люди, знающие, как правильно поступать, но не способные к усилию, не желающие беспокоить себя действием. В результате незаметно и неотвратимо происходит соскальзывание в ад.

Быть православным — всегда усилие ума и сердца. Царство Небесное силою берётся, и употребляющие усилие восхищают его (Мф. 11, 12).

Человек будет судим не за что иное, как за его выбор. Есть те, кто верит в Бога — Милующего, Спасающего, присутствующего даже здесь и сейчас, когда мы с вами разговариваем, потому что Бог вездесущ. Ты совершил выбор? Очень важно решиться сказать — да, я хочу небесного, а не земного. Хочу вечного, а не преходящего. Хочу святости, а не своего следования греху, страстям и так далее. Я хочу подлинного, а не мнимого.

Сверхценность — это когда мы выбираем то, что не вмещается ни в нас, ни в наш кошелёк, ни в наше сердце, ни в нашу душу. Но выбираем то, куда вмещаемся мы — в объятия Божественной любви. И когда появляется возможность стать больше, чем мы есть, даже чем мы можем себе представить, тогда в нашем сердце, в нашей душе может изобразиться Христос. Это подтверждает ту большую правду, что человек так глубок, так значим, что Господь может родиться в его сердце.

Христос по Своему человеколюбию уподобляется нищему, стоит у двери твоего сердца и стучит с просьбой о подаянии твоей любви. А ты говоришь: «Да, Господи, но не сейчас, а позже, у меня сейчас дела — решение проблем, муж, дети, какие-то важные социальные и иные проекты». Это и есть не что иное, как Божественное смирение. Парадоксальным образом и в то же время очевидно большее смиряется перед меньшим. Достаточно посмотреть на мать с младенцем. Она сильная, энергичная, она всё решает. Младенец только кричит, кушает и какает. А мать — в восторге, отец тоже. Большее смиряется перед меньшим. И это — образ Божественной любви.

Всесильный, Премудрый, Милостивый Господь смиряется перед человеком, перед его глупостью, косностью, непониманием, перед его характером. Господь всматривается в человека, в его бессмертную душу, ищет за что его можно оправдать и как ему можно даровать Свою любовь.

В Церкви нет ничего механического. И в отношениях человека с Богом нет ничего формального. Если человек не хочет снять свою ложную самозащиту и пустить Бога в своё сердце — Бог не насилует его. Да, Бог так велик, что у Него нет врагов, у Него нет оппонентов, даже если это сатана. Это нужно понимать. Но Бог есть Любовь, и Божественная любовь никогда насильственно не ломает твою волю об колено, не разрушает твою личность, не входит в твоё сердце вопреки твоему желанию.

Принять чужую любовь сложно. Невероятно сложно. Легче самому любить. Легче самому жертвовать ради любимого, переступать через своё самолюбие, гордыню. Но принять чужую любовь невероятно сложно. Даже если это — Божественная Любовь.

Нужно понимать, что к Богу приводит человека только Бог. Не священник, не монах, не епископ, не какой-то миссионер. Да, конечно же, какие-то материальные условия должны быть. Кто-то что-то сказал, показал. Вера — от слышания (Рим. 10, 17). Но разворот происходит тогда, когда человек разрешил прикоснуться Божественной любви к своему сердцу.

Ты совершаешь выбор. Бог тебя благословляет за этот выбор на то подлинное, что Он заложил в твоей душе и в твоём сердце. Выбор совершён, и ты оказался на церковном корабле. Есть Капитан — Христос, есть боцман, есть команда. Вокруг разные люди, радивые и нерадивые, но ты — уже на корабле, и корабль плывёт в нужном направлении.

И совершенно иное, когда ты предпочёл не быть на этом корабле. Почему ты остаёшься на берегу — вопрос, конечно, серьёзный. Особенно для самого себя и особенно для ответа на Страшном Суде.

Итак, что ты выбираешь? Если ты находишься по личному выбору с Богом, в Церкви — это одно. И совершенно иное, когда ты предпочитаешь какие-то другие вещи.

Нужно выбирать подлинное, нужно выбирать великое, и всё малое приложится. А если точнее — как говорил Господь, ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это всё приложится вам (Мф. 6, 33).

Есть такой эпизод в Евангелии. Апостол Фома говорит: «Не поверю, что Христос воскрес, пока не вложу свои пальцы в Его раны на руках и на ногах, и пока не вложу руку в рёбра, пробитые копьём» (См. Ин. 20, 25). Это наглость с точки зрения современной этики. Но это условие Христос принимает. Он является и говорит: Подай перст твой сюда и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи в ребра Мои; и не будь неверующим, но верующим (Ин. 20, 27).

Если твоё непонимание и вопрошание искренни, рождены недоумением, тогда ты получаешь ответ от Бога.

Когда мы читаем Евангелие, то видим огромное количество продвинутых, умных, богословски образованных людей, не принимающих Христа. И это происходило не потому, что у них не хватало ума, не потому, что они не понимали, Кто перед ними. А потому что у них был другой мотив: не хотим принимать и не будем. И Бог никогда насильственно не действует по отношению к человеку.

Ад — это не место, где тебя закрыли. Ад — это то, где закрылся ты сам от внешнего мира и, главное, от Бога. Ад всегда закрывается изнутри.

Бог ада не творил, ад — это всегда личное творчество, поступок отдельного человека. И каждый творит ад по своему подобию, как нечто альтернативное Божественной любви. Либо ты отвечаешь на любовь любовью, либо ты на любовь отвечаешь чем-то иным: недоверием, сомнением, неприятием, ненавистью.

Можно вспомнить притчу о виноградарях, в которой сказано всё с предельной ясностью. Они знали, Кто пришёл. И именно поэтому решили убить Его, чтобы завладеть Его наследием.

Этот мир сотворён Христом, ради Христа и для Христа. Злонамеренные виноградари и поныне завладевают наследием Христовым, изгоняют Господа из своей и общественной жизни, из своих городов и стран, как некогда безумные гадаринцы. А ведь это актуально и сейчас!

Одержимый бесами человек рвёт цепи и наводит страх на всю округу, но приходит Христос, и бесы, которых был легион, покоряются Христу беспрекословно, входят в свиное стадо и бросаются со скалы в море. А потом являются хозяева свиного стада и видят чудо, совершённое Спасителем: человек, ещё совсем недавно невменяемый, сидит у ног Христа и с кротостью слушает Его слова. «Нет, не надо входить в наш город, — говорят на это гадаринцы. — Мы не хотим Твоих чудес, наша сложившаяся жизнь такова, какова она есть, и нас вполне устраивает. Мы не хотим ничего нового, не хотим ничего чудесного, уйди от нас».

Поразительно, но Христос смиряется перед волей разумных, трезвых, явно не бесноватых людей и уходит прочь.

С тех пор гадаринцы никуда не исчезли. Они заселились во многих городах и странах и с той же безумной твёрдостью и решимостью повторяют: «Христос, уйди! Ты здесь не нужен. Не тревожь нас. Ты уже сделал всё, что надо, остальное будем делать мы сами». Как у Достоевского в легенде о Великом инквизиторе.

Это очень важный момент для понимания сегодняшнего дня и вообще истории человечества.

Жизнь всегда драматична. Если ты живёшь комфортно, твоя жизнь лишена сакрального измерения, глубины и смысла. Всё подлинное сопровождается скрипом, шероховатостью, имеет горьковатый вкус. Если твоя жизнь — беспечальный сёрфинг, всё в ней гламурно и сладко, — это уже не вполне реальная жизнь, а скорее, её имитация.

Наша реальность безальтернативна. Мы живём в пределах своего тела, в очертаниях своего дома и города. Обстоятельства нашей жизни, как правило, деспотичны. Не подчиняясь им, мы выпадаем из реальности.

Но иногда нам хочется выпасть из этой реальности, оседлав воображение, двинуться навстречу голубой дали и реализовать свои фантазии. Но это не что иное, как прелесть, самообман, духовная самоликвидация. И об этом предупреждают нас святые отцы, об этом молится Церковь — чтобы лукавство и самообман не стали источником нашего вдохновения.

Рождение души так же драматично и болезненно, как рождение ребёнка. Но мало родиться человеком, надо, чтобы в тебе родилось человеческое. Не скотское, не низменное, не похотливое, а человеческое. И когда в тебе рождается человеческое, оно может быть освящено Богом. Не став человеком, ты не можешь с молитвой обратиться к Богу.

Христианская аскетика — всегда борьба за свою душу. Борьба за человеческое в человеке и в идеале —  за обóжение человека. Мы обречены на борьбу за свою идентичность, за самих себя.

Земная жизнь — не курорт и не санаторий. Не надо думать, что у нас нет врагов. В худшем случае, мы сами можем быть врагами самим себе. И это тоже горькая правда.

Отсутствие врага, его незнание и неразличение для человека или целого народа есть не что иное, как метафизический изъян, опасный провал в самосознании.

Нам необходимо быть более серьёзными и отчётливо понимать: ты есть ты и никто больше. Искусство принять себя стоит в основе принятия ближних, без чего невозможно принять Бога. Трудно перечислить, сколько травм, жизненных трагедий рождается из конфликта с самим собой. Из решительного неприятия своего тела, своей жизни и, как следствие, — тех, кто тебя окружает. Из этого рождается бунт, возмущение, а если не хватает сил на открытое несогласие, то —  уныние, переходящее в депрессию. И однажды тебя может не стать…

Любой человек — это тайна, то, что он знает о себе сам, то, что знает о нём Бог. Остальные же знают о нём лишь то, что лежит на поверхности. Христос говорит с каждым человеком на его языке. Этот диалог всегда таинственен, непроницаем для посторонних, но достоверен, очевидно осязаем для собеседника. Человек — слушатель Бога. Если в его сердце различим голос Творца, то он имеет полноту бытия, небесную радость и неотторжимое веселие.

При внимательном рассмотрении мы замечаем, что Христос Сам приближается к человеку. К кому хочет, как хочет и когда хочет. Сам человек, как бы он ни хотел и чтобы он ни делал, своей силой и властью, упорством и волей приблизиться к Богу не может. Благодать Божия — это не то, что находишь ты, а то, что находит тебя.

Тому есть масса подтверждений. Есть хорошие люди, благонамеренные, живущие согласно правилам, но почему-то Бог им не является. А парадоксальную Марию Египетскую призывает и меняет всю её жизнь.

Таинственным образом Господь выбирает девушку с пониженной социальной ответственностью и с незаурядным темпераментом, а не других — хороших и правильных. Но это тайна промысла Божия! И я хочу это подчеркнуть: у Бога есть авторское право. Эта мысль очень трудна для понимания. Ты своей волей не можешь приблизиться ко Христу с помощью своего исключительно земного инструментария. И правда, как ты, человек, можешь своими силами уловить Божественное или приблизиться к Богу? Никак!

Эта простая мысль была понятна древним, а в новое время ускользает из нашего сознания.

Когда ты грешишь, что в этом нового? Если это всё, на что ты способен, то это скучно, неинтересно. Но странным образом человек порой кичится своими грехами, через них «утверждает» свою самость или, напротив, разрушает свою душу и волю, приходит в отчаяние. Мои грехи, думает он, так велики, что их невозможно простить. Но невозможное человекам возможно Богу (Лк. 18, 27).

Грех, говоря современным языком, всегда отказ быть больше, чем ты есть в настоящий момент. Отрицание иначевозможного в своей земной жизни, некий нигилизм с последующей трагедией саморазрушения. Христос говорит: Будьте совершенны, как совершенен Отец ваш Небесный (Мф. 5, 48).

Господь хочет абсолютного, хочет твоей святости, чтобы ты был Наследником Царства Небесного, а не пользователем пенсионного фонда богоспасаемого отечества.

Истина — это то, чему ты покоряешься, а не то, что ты подчиняешь себе.

Основной принцип — не иметь много, но быть многим.

Другие публикации номера

Море Твое велико есть

Как узнать волю Божию о себе? Как решиться — и выплыть в своей маленькой лодочке в бурное житейское море? Как при этом не ошибиться? Тему разбирает протоиерей Андрей Пинчук.

Читать полностью »

Другие публикации автора

Другие публикации рубрики

Послушание длиною в жизнь

К 115-летию со дня праведной кончины святителя Илариона (Юшенова), епископа Полтавского и Переяславского. К режиме реального времени в несчастьях и потрясениях трудно разглядеть промысл Божий.

Читать полностью »
Scroll Up